April 20th, 2018

Стадо баранов

Мемуары генерала Врангеля. Лето 1917, правят уже "временные", но мировая война продолжается. Врангель на фронте - командир дивизии. Приказывает отбить у противника какую-то деревню.
"Вскоре все поле усеялось нашими наступающими цепями. Противник вел ружейный огонь." (судя по описанию, была устроена банальная лобовая атака. Без разведки, без подготовки. Противник сидел в деревне и мог укрываться в строениях, за заборами, деревьями, в окопах и т. п., спокойно стреляя с места, а наши шли по полю и были прекрасно видны, а если и вели огонь на ходу, то он был заведомо неточен).
"Но вот со стороны неприятеля прогремела артиллерия. Дымки шрапнелей взвились над нашей пехотой. Цепи залегли. Еще два, три снаряда, и вдруг я увидел, что на всем фронте ...цепи отступают. В бинокль видно было, как люди бегут, обгоняя друг друга; отступление обращалось в общее бегство. Я находился на батарее и отдал приказание командиру открыть по бегущим беглый огонь. Батарея дала очередь, попадания были ясно видны. Но люди не только не остановились, но как будто еще быстрее двинулись в тыл. Я поскакал к Ольвиопольским уланам, стоящим в резерве, и приказал командиру полка полковнику Семенову остановить бегущих и пиками гнать их обратно. Семенов развернул полк, и лава улан стала гнать пиками отступающую пехоту, собирая людей, как стадо баранов."
  Т. е. у Врангеля были орудия, и артиллеристы были, и снаряды. Но он и не подумал обстреливать позиции противника и этим облегчить пехоте наступление. Зато, не колеблясь, приказал орудиям стрелять по своим, а затем использовал кавалерию как заградотряд. С той разницей, что заградотряды РККА находились в тылу и останавливали бросивших позиции, а у Врангеля - гнали в атаку, коля пиками.
  Представьте себе, что нечто подобное написал бы в мемуарах Жуков (или любой другой советский командир). Сколько бы визжали об этом всевозможные "борцы с режимом", сколько крокодиловых слез было бы ими вылито по поводу заваливания трупами и т. д. Но Врангелю - можно, к нему никаких претензий.

Так же неясно, на что рассчитывал Врангель: если пехота побежала, попав под вражеский артогонь, то как ее может остановить артобстрел своих? Произошло, естественно, наоборот: паника усилилась.

Кстати, описывая "смуту и развал армии", Врангель лишь однажды упоминает большевиков - что они захватили в Питере дом балерины Кшесинской и вели агитацию с балкона. На фронте же никаких большевиков, по крайней мере явных, он не наблюдал. Главою одного из войсковых комитетов, "разводивших демагогию", был...священник.
с трубкой

Про "Телеграмм" и красный террор.

Значит так....
Еще нет никакого "Красного террора". 8 января 1918 года. Москва. Злобные большевики прессуют демократическую прессу.
Ну как демократическую? Обычную желтую газетенку "Утро России".
Дело в том, что эта газета начала публиковать не достоверную информацию, а слухи и сплетни. В одном номере, например, опубликовала фейковый приказ о демобилизации солдат из бывшей армии. Напомню, на тот момент еще шла вона с Германией. Странная война, да. Массовое дезертирство было, да. то есть, эта газета способствовала этому явлению. В другом номере заявили, что под Харьковом было сражение между украинскими войсками и Красной Гвардией. В этом бою погибло 17 тысяч человек, а два красных полка перешло на сторону Украины. И Центральная Рада стремительно идет на Москву. Никаких боев тогда, естественно, не было, и судьбу Центральной Рады мы прекрасно знаем.
Издателя газеты Садкова и редактора Родионова задержали. Они предстали перед судом.
Суд был построен следующим образом: Моссовет - а туда входили не только большевики, но и левые эсеры, и максималисты - выдвинул 24 заседателя. Из них жеребьевкой выбрали 6.
Обвинителями выступили два большевика - Кизельштейн и Штенник, а адвокатом - некто Муравьев. Личность весьма примечательная - в прошлом он был председателем чрезвычайки. Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства. Расследовала эта комиссия преступления царской власти.
Муравьев произнес зажигательную речь в защиту свободы слова.
Но свидетели показали, что это не свобода слова, а свобода лжи.
Трибунал признал их виновными.
Цитирую: "За опубликование заведомо ложных сведений, имевших целью вызвать панику населения и разрушить фронт русской армии"
Вот тебе и на. Забавно, правда?
Приговор был суров.
Расстреляли? Не.
Садков - 14 дней ареста.
Родионов - штраф 15 тысяч рублей, в случае несостоятельности, три месяца тюрьмы.
Хорошо бы сейчас хотя бы так мягко судили всех этих блогеров и журнашлюх. Особенно блогеров.
с трубкой

Красный террор, белый террор...

Я сейчас пишу о самом начале Гражданской войны. О том периоде, когда ожесточение еще не вышло за грани разумного. Впереди будут "кожаные перчатки", срезаные с рук красноармейцев. Впереди будут расстрелы белоказаков.
Но, пока еще, ожесточения нет.
Откуда же оно взялось?  В ноябре 1917 года Гражданской войны еще нет. На Западном фронте еще стоят остатки Императорской армии против немцев. У большевиков есть небольшие отряды Красной Гвардии из необученных рабочих. На юге уже формируется Добровольческая армия. Из этих трех фактов любому здравомыслящему человеку ясно - кто эту братоубийственную войну начал готовить.
Но я не о том. Я об истоках ожесточения.
3 ноября (по старому еще стилю) 1917 года в штабе Петроградского военного округа был арестован юнкер Зелинский. Пацану было 17 лет всего. Вот жеж злобные большевики: мальчика арестовали. Как там, в песне? "Я не знаю зачем и кому это нужно..."
Хотите узнать, кому и зачем?
Арестовали его не большевики. Арестовали его офицеры штаба. при попытке украсть чистые бланки с печатями ПВО. А вот передали его, почему-то, советским властям. Привезли в смольный, в Следственную Комиссию. Допрашивал его Крыленко, кстати. Не один. В составе комиссии.
И вот что рассказал Зелинский.
В августе его самочинно генерал Корнилов произвел в прапорщики. Но... но денег нет. Зелинский пошел в офицерское общежитие. Там ему один из офицеров предложил вступить в монархическую организацию. Еще в августе 1917 года. Большевиками тогда еще и близко не пахло. Руководил организацией некто Пуришкевич - помещик из Молдавии, один из руководителей "Союза Михаила Архангела". Черная сотня, все дела. Эдакий монархический "Правый сектор". Примечательно, что после Октябрьской революции он сменил паспорт. С неожиданной фамилией Евреинов. Ну да ладно.
Зелинский показал, что в гостинице "Россия" живет группа заговорщиков, которые готовят вооруженный переворот.
Любая нормальная власть имеет, по умолчанию инстинкт самосохранения. Если эта власть не Временная, конечно. Большевики не собирались править толькодевять месяцев и власть Евреиновым они отдавать не собирались. Поэтому и выехали в эту самую гостиницу вечером 4 ноября, где обнаружили нелегальное оружие, подложные удостоверения от воинских частей, чистые бланки с печатями.
Интересно, вот если я приду в штаб "Призрака" и наделаю себе чистых бланков с печатями и подделаю подписи "Доброго" - меня прямо в штабе расстреляют или все-таки в чисто поле вывезут?
Нашли и письмо молдаванина Пуришкевича, в котором он писал генералу Каледину, что жаждет его увидеть в Петрограде и поднимет вооруженное восстание. На допросах он стал говорить, что не это имел ввиду, а совершенно другое.
То есть вот свои слова: "Организация во главе коей я состою, работает не покладая рук над спайкой офицеров и всех остатков военных училищ и над их вооружением. Спасти пооложение можно только созданием офицерских и юнкерских полков. <...>Мы ждем вас сюда, генерал, и к моменту вашего подхода выступим со всеми наличными силами" - он объяснил так: "Письмо мое к генералу Каледину от 4 ноября я писал, имя ввиду присоединиться к нему с несколькими моими единомышленниками..."
Угу. Офицерские и юнкерские полки легким движением превратились в несколько единомышленников. К чести Пуришкевича - он на допросах заявлял, что был и остается врагом Советской власти и будет бороться с ней до конца.
Это был первый крупный политический процесс при большевиках.
Начался он  28 декабря 1917 года, закончился 3 января 1918.
Заговорщиков - там не один Пуришкевич был, еще граф де Боде и другие.
Были ли адвокаты? Несомненно. Отец и сын Бобрищевы-Пушкины, например. обвинителем со стороны Советов был Д. Мануильский. Процесс был знатный. Если Пуришкевич на заседании заявлял, что да, он твердокаменный противник коммунизма и Советской власти, то адвокаты заявляли так: ""Монархический заговор есть плод воображения большевиков".
Ну да, а оружие и чистые бланки это для игр во дворе? А Пуришкевич, на самом деле, все душой поддерживает рабоче-крестьянскую власть? Странно, почему-то коммунисты в тюрьме Моабит не отрекались от своих идеалов...
Полковник Винберг, например, прямо со скамьи подсудимых тогда, в январе 1918 года заявил, что всю свою жизнь посвятил борьбе с революцией. Мужественный человек.
Что ж вы, либералы и монархисты, своих героев изображаете слабаками и трусами? Боролись они с Советской властью, боролись. Но когда были обезоружены, то их судили.
Страшно осудили.
Пуришкевич - общественные работы при тюрьме сроком на четыре года. Условно.
Барон де Боде - общественные работы при тюрьме сроком на три года. Условно.
Полковник Винберг - общественные работы при тюрьме сроком на три года. Условно.
Юнкера Лейхтенбергский и Гескет - освобождены по молодости.
Кстати, заметьте, одни русские фамилии, да.
Юнкера же Зелинского на суде довели до истерики. Не судьи. Подсудимые. Называли его провокатором и "большевицким" агентом. Монархическая честь она такая... Парня отправили на принудительное лечение с диагнозом "нравственное помешательство". На год.
1 мая 1918 года все они были амнистированы. Хотя Пуришкевича выпустили еще 18 апреля 1918 года. По просьбе родственников.
Уехал на юг, к Деникину, где и умер в 1920 году. Белыми обвинялся в сотрудничестве с красными. Типа: "А че так быстро освободили?"
Да, слишком мягко наказали Пуришкевича в глазах белых.
Вот вам для сравнения приказ Краснова, опубликованные в Юзовке, ныне Донецк:
"1. Рабочих арестовывать запрещаю, а приказываю их расстреливать или вешать. 2. Приказываю всех арестованных рабочих повесить на главной улице и не снимать их три дня".
Источник: "Архив русской революции", т. V, Берлин, 1925 г.; Краснов П. "Всевеликое войско Донское", стр. 207.