July 3rd, 2015

с трубкой

"Онижедети" (с)

Гехаймефельдполицай - ГФП - немецкая тайная военная полиция. Тайная не потому, что ее не видно, в отличие от разведок и контрразведок, а потому что дела тайные.
Сашке Юхновскому было 16 лет, когда в Донецк (тогда Сталино) пришли немцы.
Надо сказать, что его отец был в прошлом петлюровским офицером. И украинским националистом, конечно же. Ну и папаша тут же вступил в полицию. И сына с собой взял.
Сашка хорошо знал немецкий и стал, сначала, переводчиком.
Но переводчиком ему было скушно. Он отчаянно пытался получить более высокую должность.
Он активно участвовал в допросах - активно, это значит, пытки, издевательства, массовые казни.

Километровая в глубину шахта 44-бис была на 336 метров завалена трупами.
75 тысяч трупов.
СЕМЬДЕСЯТ ПЯТЬ ТЫСЯЧ.
Трупы вытаскивали после освобождения Сталино военнопленные.

Напомню, что парню было всего 16 лет.
Развлекался он так - выстраивал в ряд несколько человек. Заключал пари с другими полицаями. Сколько человек можно убить одной пулей. В висок крайнему - и так несколько раз. Пока не победит "Вальтер" против "Люгера".

Расстреляли его лишь в 1977 году.



Поэтому, когда начинают орать - "онижедети!" - всегда вспоминаю этого Алекса Лютого.
Шестнадцать лет. Семьдесят  пять тысяч трупов.
с трубкой

Такая работа...

Какой же гениальный фильм... Я про "Щит и меч".

"На будущее запомни. Никакой резкой инициативы. Рискнуть? Чем? Собой? Но тем самым подвергнуть риску задание. Цель которого тебе, да и мне, пока неизвестна. Сверхглупо. Чтобы ни было - вживаться. Самому с себя содрать шкуру, вывернуть наизнанку, снова напялить. И улыбаться. Такая работа".

Это я к чему... Советские разведчики работали  в разных местах. В том числе и в отделениях ГФП, а может, и в зондеркомандах.

И вот представьте себе, выезжают полицаи на карательную акцию. Расстрелы. Сжигание живьем. Изнасилования. Ребенку прикладом по голове, чтобы вдрызг.
И ведь разведчику тоже приходилось участвовать во всем этом. Не мог же он сказать - извините, я не могу, я советский агент, вон в стороне пока постою да позапоминаю вас всех, шлюх немецких.

Одна из причин, почему многие дела никогда не рассекретят...

"И улыбаться..."

"Да, война не такая, как мы ее писали" К.Симонов.